Госнаркоконтроль против активистов: как наркотики используются для борьбы с социальными движениями

Госнаркоконтроль против активистов: как наркотики используются для борьбы с социальными движениями

13.02.2022 - 20:30
Время прочтения:

13 Мин.47 сек.

Просмотров: 62
Угроза «найти в кармане наркотики» довольно обыденный прием в общении сотрудников милиции с задержанными или даже обычными прохожими, от которых стражи порядка пытаются добиться банальной взятки. Для милиции это и способ подзаработать, и вариант развлечься: оформление протоколов – дело скучное, почему бы между делом не попугать гражданина перспективой нескольких лет тюрьмы? Большинство ни в чем не повинных граждан, доставленных по разным причинам в отделение, все-таки выходят без наркотиков в карманах. Но, когда потребуется, испытанный метод посадки формально невиновных, но провинившихся перед властью фактически, обретает вполне зримые черты и последствия. И если с целью вымогательства в карман прохожего подбрасывается несколько граммов марихуаны, то неугодных активистов «устраняют» крупными партиями наркотиков – чтобы гарантировано и надолго. Бытовое вымогательство однажды приключилось даже с одним известным российским правозащитником. Его остановили сотрудники ДПС на удаленной трассе и после досмотра машины вдруг заявили, что нашли наркотики. В ходе разговора выяснилось, что гаишникам нужно, чтобы потенциальный «наркодиллер» просто их подвез. В этом случае вопрос о найденных наркотиках они были готовы снять. Вот такой оригинальный способ автостопа. Рабочая солидарность против криминальной милиции В мае 2000 года в Морском порту Санкт-Петербурга в самом разгаре был коллективный трудовой спор по поводу повышения зарплаты. 5 мая машину одного из лидеров профсоюза докеров Станислава Фомичева сразу после выезда с территории порта остановили работники линейного отдела милиции на водном транспорте. Они стали досматривать машину – под предлогом операции «Вихрь-Антитеррор". Как выяснилось позднее – искали наркотики. Собаки никаких наркотиков не нашли, но в руках милиционеров чудесным образом появились некие пакетики, которые и были продемонстрированы понятым. Фомичев почти трое суток провел в ИВС, за это время прошли обыски на его рабочем месте и в профкоме. Лидеру профсоюза было предъявлено обвинение по ст. 228, ч.1 УК РФ — «Незаконное хранение наркотиков". Коллеги Фомичева однозначно оценили этот случай как провокацию. Профсоюз докеров действовал быстро и решительно: сразу же был выпущен спецвыпуск газеты «Докер", который уже на следующий день раздавали у проходных. Весь порт узнал о случившемся, возмущению людей не было предела. Докеры ненадолго приостановили работу, сопровождая акцию протеста гудками из всех звукосигнальных устройств. Профсоюз заявил, что если обвинения с Фомичева не будут сняты, работники порта устроят бессрочную забастовку. Спустя 3,5 месяца уголовное дело было прекращено за отсутствием состава преступления. «По результатам расследования дело было возбуждено в отношении сотрудников милиции — по поводу подброшенных наркотиков, но до суда оно так и не было доведено — рука руку моет, — комментирует эту историю секретарь профсоюза «Защита труда» Олег Бабич. — Но во всяком случае Фомичева мы отстояли — благодаря коллективным действиям профсоюза, его друзей и коллег». Идя в военкомат, наркотики оставьте дома Житель Краснодара Алексей Черепанов, журналист по профессии и анархист по политическим взглядам, был вызван повесткой в военкомат, на медкомиссию. 12 мая 2004 года только что вышедшего из дома Черепанова остановили сотрудники Госнаркоконтроля, обыскали и «нашли» в карманах несколько граммов марихуаны. Черепанова доставили в краевое управление ведомства, где оформили 9 суток ареста за «справление нужды в общественном месте» и «неповиновение законным требованиям сотрудников милиции». Пока Алексей сидел «сутки», в его комнате в общежитии опять «нашли» марихуану — на этот раз «в особо крупных размерах». Дверь в комнату была взломана, а обыск проводился в отсутствие жены журналиста. Госнаркоконтроль изъял несколько десятков самиздатовских журналов, книги и дипломную работу, только что защищенную на факультете журналистики КубГУ, под названием «Молодежные радикальные издания». По поводу литературы сотрудники спецслужб собирались возбудить дело об экстремизме – Черепанов на предварительном следствии был помещен в СИЗО ФСБ. В защиту Черепанова была развернута общественная кампания, в дипломе ничего экстремистского не нашли, и ФСБ от своих претензий отказалось. Сотрудники Госнаркоконтроля были жутко недовольны и жаловались адвокату Черепанов, что их «подставили». Самое удивительное в этой истории это решение суда. Приговор Черепанова попал в тот самый ничтожный процент (менее 1%) оправдательных приговоров, выносимых районными судами. 19 августа судья Советского районного суда г.Краснодара В.Хрибан оправдал Черепанова и постановил освободить его в зале суда. Правда, приговор менялся еще дважды — после подачи жалобы краевой прокуратурой – сначала на год условно, потом на 9 месяцев. Суд пошел навстречу Госнаркоконтролю – Черепанов собирался требовать компенсацию за 3,5 месяца отсидки в СИЗО, можно сказать, «грабить государство», поэтому оправдательный приговор властям нужно было заменить на обвинительный. Якутский гамбит В декабре прошлого года профсоюзный активист из Удачного (Мирнинский район Республики Саха (Якутия)) Валентин Урусов был приговорен к шести годам колонии общего режима за «хранение наркотиков в особо крупных размерах». Все знакомые Урусова в один голос твердят: Валентин наркотиков никогда не употреблял, в таком маленьком городе скрыть это было бы невозможно. Заключение стало расплатой Урусова за успехи только что созданного профсоюза и надежду на улучшение в жизни работников АК «АЛРОСА». Защищать права рабочих – семейная традиция Урусовых. Отец Валентина, шахтер Яков Урусов, провел последние годы своей жизни в Карачаево-Черкессии и возглавил там объединение шахтеров-ветеранов. По словам матери Валентина, Ирины Константиновны, Урусов-старший смог добиться пенсии для шахтеров в 20 тысяч рублей. От отца Валентину передалось острое неприятие несправедливости. От матери – любовь к спорту и здоровому образу жизни. Ирине Константиновне 62 года, но она бегает на лыжах по 30 км, а сын ее регулярно посещал спортзал. «Он у меня тихий вообще-то, — рассказывает Ирина. – После работы дома всегда сидел, в Интернете что-то читал. Если бы он употреблял что-то, неужели бы я не видела? Когда он услышал про проблемы водителей автобазы N2, стал искать информацию о профсоюзах. Прочитал о профсоюзе в Сургуте, потом ему объяснили в «СОЦПРОФе», как и что надо делать для начала». В июне 2008 года электромонтер Валентин Урусов пришел к Галине Соловьевой и предложил ей вместе создавать независимый профсоюз. Они были знакомы и раньше: Урусов знал, что Галина, юрист по образованию, помогает писать письма работникам АК «АЛРОСА». «Конфликты у нас на предприятии зрели давно: ко мне приходили пескоструйщики, врачи, учителя, сварщики, охранники фабрики N12 – просили помочь. Со сварщиками у нас быстро все решилось – мы написали письмо в Генеральную прокуратуру, его как увидели, сразу подняли им зарплату на 10 тысяч. Но в большинстве случаев сделать что-то было очень сложно, — рассказывает Галина. — АК «АЛРОСА» вывела из своей структуры социальные учреждения — больницу, школу, ОРС, выводит и другие постепенно – теперь работники этих организаций не получают надбавок компании. Разброс в зарплатах – огромный, зависит во многом от ЛДК». Коэффициент ЛДК («личных и деловых качеств») – относительно недавнее изобретение руководства «АЛРОСА», вроде бы способ стимулирования труда. Размер бонуса определяется лично начальством, по каким критериям – неизвестно, но, по словам Ирины Константиновны Урусовой, в результате, разница в зарплатах фантастическая – в десятки раз. Бонусы, составляющие львиную долю в зарплате, порождают тотальную зависимость работников от руководства и его уверенность в полном контроле над рабочими. «Недовольных начинают в первую очередь запугивать, — говорит заместитель Урусова по профсоюзу Галина Соловьева. – Вызывают по одному, говорят: лишим бонусов, премий, не дадим место в детсаду, уволим, выселим из квартиры. Валентину тоже говорили: ты нас позоришь, ты в компании работать не будешь. Его начальство просто ненавидело». Мама Урусова, работающая пенсионерка, получает 17 тысяч, Валентин зарабатывал 25-28 тысяч рублей. Пять из них уходило за квартиру, еще 15-20 тысяч они отсылали сестре Валентина, студентке, в Москву. Теперь Валентин в СИЗО, и его мама живет исключительно в долг – дочери нужно учиться на платном отделении еще год. А цены на продукты в Удачном намного выше, чем на «большой земле»: хлеб – 32 рубля, молоко – 70 рублей за литр, помидоры – 300 рублей за кг. Новый профсоюз просуществовал в Удачном всего несколько месяцев: осенью 2008 года, после ареста Урусова «за наркотики», большинство работников вышли из профсоюза. Остальные 11 человек фактически пошли на забастовку – отказались от работы в соответствии со ст.142 Трудового кодекса. Работник имеет право это делать, если работодатель задерживает выплату заработной платы более 15 дней. Но «отказники» были уволены с формулировкой «за прогулы» и сейчас судятся с АК «АЛРОСА» за восстановление на рабочих местах. Тем временем, в феврале 2009 года генеральный инспектор труда профсоюза «СОЦПРОФ» Сергей Храмов получил ответ из прокуратуры Республики Саха (Якутия), в котором признается факт невыплаты водителям автобазы N2 Удачнинского ГОКа зарплаты, положенной за сверхурочные работы. По словам Храмова, недовыплаты имели место с 1996 года и составляли 15 млн. рублей в год. Теперь в адрес Удачнинского ГОКа вынесено представление прокуратуры и трудовой инспекции. «Кроме того, мы довели информацию о безобразном положении с охраной труда на рудниках до правительства и уверены, что меры будут приняты. С руководством АК «АЛРОСА» установлен контакт, оно уже заявило, что будет менять отношение к работникам, — говорит Храмов. – Надеемся, что и Урусов в ближайшее время выйдет на свободу». В то время как Урусов оказался в тюрьме, а его товарищи были уволены, менее строптивые работники автобазы N2 получили оплату сверхурочных за три последние года. В обмен на расписку о том, что они не имеют претензий к компании. И это при том, что еще в мае прошлого года представители официального профсоюза «Профалмаз» отказывались даже ставить этот вопрос перед руководством компании. Итак, рабочие получили по крайней мере часть честно заработанных денег. Но какой ценой? Кассационная жалоба адвоката Валентина Урусова Инги Рейтенбах находится на рассмотрении в Верховном суде Республики Саха. Адвокат настаивает на полной невиновности подсудимого: «Суд в приговоре не дал оценку ни одному из доказательств, оправдывающих подсудимого. В основу вины Урусова В.Я. суд положил исключительно лживые показания сотрудников наркоконтроля и заинтересованных понятых». Остается надеется, что Верховный суд республики окажется независимым от якутского «кормильца» — «АЛРОСА» — и доводы защиты им будут приняты во внимание. PS Заседание Верховного суда Республики Саха, назначенное на 19 марта, было неожиданно перенесено – на неизвестную дату в апреле. Об этом не предупредили даже адвоката. Видимо, в «высоких кабинетах» еще не решили, каким должен быть приговор. Тем временем, в отношении начальника Мирнинского госнаркоконтроля Сергея Рудова возбуждено уголовное дело по статьям «мошенничество» и «превышение служебных полномочий».

Комментариев: 36

Написать комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечени символом *

Читают сейчас

Яндекс.Погода